Руководителю по персоналу

Он ушёл задолго до того, как написал заявление

Из отдела продаж уходит около 35 % в год. По остальным отделам — около тринадцати.

Рынок труда у всех один, зарплаты в одном городе сопоставимы. Значит разрыв не снаружи, а внутри самой работы.

Менеджер по продажам до увольнения

−5 мес
выгорание после отказов
−4
перестал жаловаться: ровный и удобный
−3
избегает новых сделок, воронка стареет
−2
пошли вниз все показатели
0
заявление

Месяцы здесь — порядок, а не замер: у кого-то быстрее, у кого-то дольше. Важна последовательность. Активность падает раньше цифр, а цифры — раньше заявления.

Признак, который выглядит как хорошая новость

Четыре строки из пяти руководитель заметит сам. А вот вторую — почти никогда, потому что она не похожа на проблему.

Жалуется тот, кто ещё включён. Его задевает: клиент тянет, цены подняли, лиды плохие. Человек, который решил уйти, перестаёт — ему больше незачем. Он становится ровным, покладистым и удобным.

В этот момент руководитель обычно думает, что человек наконец успокоился и вошёл в колею.

А на выходном интервью он назовёт зарплату и руководителя. Не потому что врёт — сказать «я устал получать отказы» невозможно, особенно продавцу и особенно при увольнении. Поэтому в отчётах о причинах ухода годами стоит одно и то же.

Что это стоит в год

Три поля. Ничего не отправляется и никуда не сохраняется — считает прямо здесь.

Цена текучки в отделе продаж

Одна замена — около шести окладов: 2,5 на подбор и пустую позицию, 2,5 на пять месяцев разгона при половинной отдаче, 1 на просадку перед уходом.

Чем это лечится

Отказ — то, из чего состоит работа продавца. И адаптироваться к этому приходится не только новичкам: опытные специалисты регулярно попадают в яму выгорания, когда груз накопленных отказов становится слишком тяжёлым.

Совет «не принимать близко к сердцу» здесь не работает — это совет, а не навык. Работает другое: когда человек видит, что именно происходит в разговоре, и когда сам процесс продажи становится описываемым и управляемым.

Деловая игра, из которой выходят данные

Этим и занимаемся с командой на игре. Разбираем разговоры, которые были на прошлой неделе, и проигрываем их заново — но уже видя, из чего они состоят.

Игра даёт то самое описание: чей сейчас ход в разговоре, у кого право выбора, как меняется ценность предложения по ходу беседы, в какой момент цена стала перевешивать ценность — и в какой момент стало наоборот.

И главное — люди отыгрывают роли клиентов. Сидя на том конце, человек начинает понимать, что собеседнику на самом деле нужно, за что он платит, как расставляет приоритеты и какое предложение в итоге окажется для него интересным. После этого он слышит своих клиентов иначе — не потому что его научили слушать, а потому что он там побывал.

Побочный продукт оказывается не менее ценным. Пока люди играют, видно, кто в каком состоянии: кто берёт сложного клиента, кто уходит в понятного, кто молчит. На выходе у вас не только проведённое мероприятие, но и карта зон риска — кто в красной, кто в жёлтой.

Что получает отдел, кроме состояния лёгкости и ясности

Почему это вообще происходит — разобрал отдельно →
Выгорание, текучка и увод базы растут из одного места, и пока оно не названо, каждое лечение работает недолго.

Участие добровольное

Человек, которого пригнали, отсидится и назовёт удобные цифры. На карте он окажется в зелёной зоне, и это будет единственная ошибка, которая стоит дороже всех остальных.

Что останется через месяц

Вы это знаете лучше меня: подъём после обучения держится две-три недели. Потом отдел возвращается к тому, что было, а спрашивают за результат с вас.

Держится не само обучение, а то, что осталось в отделе после него. Поэтому главное в работе — не встреча, а три дешёвые вещи, которые продолжают жить без меня.

Три техники, каждая стоит ноль.

Этапы, по которым идёт счёт:

Человек идёт по сделке шагами, и каждый шаг ему понятен. Видно, где он стоит и что делать следующим, — вместо общего ощущения, что «клиент думает».

И человек, который это ведёт. Обычно не руководитель: при нём люди выступают, а не считают. Лучше работает кто-то из сильных менеджеров — есть авторитет, нет власти.

Признак, что прижилось: люди начинают употреблять эти слова между собой без меня и без вас. Язык держится дольше техник и переживает уход отдельных людей.

Чем я занимаюсь и чем не занимаюсь

Этого не делаю

  • Не оцениваю людей. Индивидуальные цифры не передаю никому, включая вас, — иначе правду никто не скажет.
  • Не советую, кого уволить. Это ваше решение и ваша ответственность.
  • Не пишу скрипты. Единый скрипт подтягивает слабых и срезает потолок у сильных.
  • Не даю гарантий в процентах. Ни по текучке, ни по выручке.

Это делаю

  • Показываю, кто в какой зоне — по данным, которые у вас уже есть, и по одному мягкому замеру.
  • Провожу деловые игры, после которых разговор с клиентом становится описываемым.
  • Ставлю регулярный разбор как практику внутри отдела — и ухожу, оставив её работать.
  • Даю вам цифры, с которыми можно идти к руководству: не «провели обучение», а что именно изменилось.

С чего начинают

Исследование отдела продаж. Не аудит и не оценка людей: задача — узнать, на что уходят часы ваших менеджеров и после чего у них пропадает желание работать. Узнать это можно только у них самих.

Почему это нельзя сделать своими силами. Ту же анкету может раздать кто угодно внутри компании — и получит вежливые ответы. «Я выгорел и подумываю уйти» не пишут человеку, который оформляет увольнения, даже если отношения прекрасные.

Отвечают постороннему, у которого нет над ними власти и который не передаёт ответы по именам. Вы покупаете не вопросы, а честные ответы на них.

Петербург очно, в другие города — видеосвязь

Как это устроено

  • Анкета по менеджерам. Без имён, ответы приходят напрямую мне. Можно опросить двух-трёх, можно весь отдел — от этого зависит, насколько точной выйдет картина.
  • Разговор по анкетам. Прохожу по ответам, уточняю то, что осталось неясным, и собираю формулировки — чем именно отказывают клиенты, какими словами.
  • Обработка вне встречи. Считаю часы, свожу ответы, отделяю то, что про людей, от того, что про продукт и условия.
  • Встреча с вами по итогам. Разбираем отчёт вместе и решаем, что из этого вы берёте в работу.

С чем остаётся компания — три части

  • Исследование. Что происходит в отделе, сказанное языком самих менеджеров. Не пересказ и не мои выводы — их слова, анонимно и дословно. Такого документа у компании обычно нет вообще.
  • Обнаружение и оценка утечек. Где уходят часы и деньги, в каком порядке по размеру. Именно оценка, а не точный расчёт: точно посчитать это нельзя, и обещать обратное было бы нечестно.
  • Что с этим делать. Решения и предложения по каждой найденной утечке — отдельно те, что ничего не стоят и делаются на этой неделе, и отдельно те, где нужна работа.
И четвёртое, ради чего это часто и берут. Из ответов видно, какая часть проблем вообще не про обучение: цена, сроки, сам продукт, условия, на которые менеджер влиять не может.

Помогаю собрать из этого план изменений и обосновать его начальству: почему это мешает продавать, что решается обучением, а что нет, и как именно предлагаемое работает.

Чего не входит: оценка людей как специалистов, рекомендации по увольнениям, индивидуальные ответы по именам. Последнее — то условие, при котором менеджеры вообще говорят правду.

от 22 000 ₽

До пяти человек и три анкеты — 22 000 ₽. До десяти — 35 000 ₽. Больше — считаем отдельно: объём обработки растёт нелинейно.
Удержали одного человека — окупилось втрое.

Что идёт следом

Исследование даёт диагноз и план. Выполнение плана — отдельная работа, и она описана на странице для компаний: практикум, ремонт утечек, регулярный разбор внутри отдела.

Как это делается дальше →

Коротко: практикум — два часа, от 45 000 ₽, до восьми человек. День целиком — от 90 000 ₽. В стоимость входит подготовка на ваших случаях, сама встреча, сводная записка без имён и две недели на вопросы в переписке.

Честно о цифрах на этой странице

Тридцать пять процентов и шесть окладов — оценки по отраслевым обзорам, а не официальная статистика. По текучке именно в продажах её не ведёт никто.

Поэтому расчёт выше показывает порядок суммы, а не сумму. Точнее считается на ваших данных — и там же становится видно, какая часть этого вообще поддаётся влиянию, а какая нет.

Святослав Прокофьев

Деловые игры и тренажёры для отделов продаж. Пишите с любым вопросом, в том числе с «а это вообще про нас?».

t.me/sviatoslav_prokofiev

Исследование отдела — от 22 000 ₽. Дальше — форматы для компаний.

На главную · Статьи · Для компаний · Клиникам